• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
03:24 

Ей было 13, она застряла где-то на этом моменте. Вокруг рос и развивался мир, друзья приходили и уходили. Казалось, одни родители старели и умирали, а на смену им появлялись другие. Седьмой класс московской школы, перемены и длинные коридоры с облупившейся краской на стенах, окна, примыкающие друг к другу плотнее, чем хотелось бы. А иногда хотелось – вжаться между ними, прильнуть к отопительным трубам, закрыть глаза и забыть о своих тринадцати прожитых. Но места было мало, места вообще не хватало. В помещении класса на третьей парте у стены приходилось поджимать под себя колени и склоняться над столом, чтобы не чувствовать так ярко тесноту воздуха и низость потолка.
А ей все было 13. Сентябрь, октябрь, ноябрь. Она чувствовала себя неверно настроенным компьютером, который при установке программы не видит две директории и не может продолжить работу. Может быть, это кажется глупым, но ей снились паспорта и – иногда – самолеты. Самолеты в последний момент избегали опасных зон в небе, изредка меняли курс на противоположный и сбрасывали крылья, отращивая новые. На уроках она рисовала их на последних страницах тетрадей, однажды учитель заметил ее рисунки и предложил рисовать для школьной стен-газеты.
Она отказалась; мгновенно забыла об этом предложении, села на свое место, достала из сумки завтрак. Она любила в каждом своем дне только 20 минут. Первые десять – утром. Около семи утра она босиком проходила на кухню, вставала на цыпочки, доставала с верхней полки всегда открытого шкафчика белый хлеб и лезла в холодильник. Сколько она себя помнит, там всегда были любимые ею продукты. Она садилась на пол, нарезала батон, мазала каждый кусок маслом, клала сверху лист салата и пластинку белого сыра. Не было ни холодно, ни жарко, не замечался свет, падающий из окна на голые колени. Вместо всего мира в ее руках были листья молодого салата, без которого она, как ей иногда казалось, не могла жить.
Вторые любимые десять минут приходились на большую перемену, во время которой она ела свои бутерброды, вспоминая утренние часы. В это время она не жила в настоящем - можно сказать, что ее вообще нигде не было. Ведь прошлого, в котором она так отчаянно находилась, уже не существовало.
Ей было 13. Было страшно. По ночам, когда наступила зима, она раскладывала одеяло по краю кровати и фантазировала о вещах, о которых фантазирует, наверное, каждый человек в любом возрасте. Это были бесконечные воздушные и водные пространства, плоты и ковры-самолеты, горизонты ровными кругами. Она умела все это очень ярко представить. Было красиво, но все равно страшно.
Зима не кончалась. Да и не может кончиться то, что никто не уничтожает. Иногда создавалось впечатление, что все дома, расположенные по дороге от дома до школы, раскладываются на кирпичики, а потом и кирпичики рассыпаются в прах и песок. Земля делала в день по 500 оборотов вокруг своей оси, шутка ли.. Да нет, просто не успевало темнеть. Снег не падал, он просто перемещался сверху вниз, останавливаясь, когда на него натыкались предметы.
Ей было 13, и с каждым днем все сильнее болела голова. Потом будто точно такая же боль перешла в спину и кисти рук, ей было тяжело держать ручку. После уроков к ней иногда кто-то подходил и предлагал прогуляться в парке, она никогда не отказывала, она не спешила домой. Она ходила по длинным дорожкам, которым не было видно конца, и не запоминала, кто идет рядом с ней. Она не знала имен. Она их боялась, имена – они такие вечные; слова пусты, а имена вечны, ей почему-то так казалось. А еще эта вода, эти реки.. все-таки хорошо, что зима.
Однажды утром солнечный свет не нашел ее коленей на кухне. Он провел бархатными руками по вечно открытому шкафчику, нащупал ручку холодильника, дернул посильнее. Но есть в этом мире моменты, когда даже самые сильные бессильны абсолютно. Потом были звуки, приехала машина скорой помощи, разбился кувшин. Ей было 13. Ее пятисотые, как она могла бы подумать, родители бились каждый в своей истерике, осколки кувшина разлагались на мягком ковре, чужие люди наступали на рисунки, оставшиеся лежать на полу. Стены комнат видели такое первый и последний раз в своей короткой жизни: на голубой простыни с широко открытыми глазами абсолютно неподвижно лежала тринадцатилетняя старуха. Может быть, лет через сто что-то изменится. Розовые банты на их русых волосах потемнеют, кто-то замрет , кто-то разорвет провода скорости, имея возможность справиться с этим замкнутым кругом. Но ей было 13. И она уже не дойдет до своей школы по дороге, на которой изучила каждый миллиметр. От всех этих игр со временем устаешь, просто опускаешь руки и не можешь больше бороться. Начинаешь искать того, кто посмеется и расскажет тебе, что времени нет, но не успеваешь найти его. И тогда умираешь. Но самое страшное, что теперь тебе уже точно навсегда останется 13.

27 марта 2007

02:58 

Ты трезвая. Слушай, откройся Содому,
Излей свои бредни на стол радикалам,
Не плачь, не кричи и не трать белладонну.
Замри. Будь пассивной. Довольствуйся малым.

Люби беспричинно и даже нарочно.
Я вспомнил. Догматы рифмуются строчно.
Но, черт, я забыл, что люблю идеалы.
Прости и давай все напишем сначала.

Итак. Нет, с 'итак' начинают поэты.
А не герой, я забыл документы.
Нашли компромисс, потеряли сюжеты,
Давай посчитаем с начала моменты.

Момент номер раз: ты трезва, я не очень.
Да к черту все, снова рифмуем построчно.
Все мысли пропали, на этом поэты
Искать начинают свои документы.

А я не герой, ты трезва, так напейся,
Залей свою душу, закройся от мира,
Бей стекла локтями, на счастье надейся,
Дари всем цветы и цитируй Шекспира.

19 марта 2007

02:57 

Старый крест черно-белый на шее -
Это след от обид и разлук.
Крест становится все тяжелее,
Но ты веришь, что он тебе друг.

Ты готова поверить в любое
И, что знала, навеки предать,
Лишь бы каплю любви и покоя
Каплей лжи в своем сердце создать.

Разглядев только эту дорогу,
Положив жизнь на плечи судьбе,
Ты все шепчешь себе: "Ради бога..
Ради бога живи на земле.".

Один раз тебе случай поможет,
А потом разобьет о скалу.
И ты крикнешь в ночи: "Сколько можно..!
Ради бога.. зачем я живу.. ".

Не услышит далекое небо,
Как ты плачешь в холодной ночи.
Одиночество пляшет нелепо,
Не реви ему в такт, помолчи.

Чтоб спасти твою жизнь, а не карму,
Утопив крест в горячей крови,
Я варю тебе серую амбру,
Доверяя лишь силе любви.

9 марта 2007

02:55 

Мне в "Артек" уже поздно по сути,
Но мой нож еще так же остер.
Среди грязной полуденной мути
Героиновый гаснет костер.

Мир друзей мне дарил в камуфляже,
А потом отбирал и сжигал.
Я холодный, бессмысленный даже,
И за это весь смысл отдал.

Так друзья.. Я о них среди снега
Вспоминаю, уже не любя.
И теперь в эту битву с разбегу
Я влечу только ради себя.

Мир взвалю себе сонный на плечи,
Позабыв, что он мне будто враг,
И моим знаком будет на вечер
Героином посыпанный флаг.

9 марта 2007

02:54 

И начинается весна,
И кто-то режет льды.
А кто-то - детские сердца
И взрослые труды.

Подруги греют на груди
Анонсы на week-end .
Он шепчет ей: "Не уходи.", -
А у нее - клиент.

Официантка из Твери
Перевернет поднос.
Аплодисменты. У двери
Тарелки лижет пес.

Светлеют стекла, а на них
Рисуются слова.
"БГ", "ты сука", "рок", "Пикник",
"Привет", "я родила".

Да это ж Светка родила..
Россия жжет молву.
А я сегодня поняла,
Что я тебя

24 февраля 2007

02:53 

Эти стены - как в больницах,
у меня в руке синица,
а в другой - кровавый нож.
Я строчила небылицы,
но и мне есть, чем гордиться:
ты меня переживешь.

2 февраля 2007

02:52 

Ты нежная и сильная,
Я грубая и слабая.
Чтоб быть друг с другом мирными,
Нам не хватает малого.

Убей себя, красивую.
Вцелуй в меня, в роскошную,
Все жизни непосильные
И стоны сотни брошенных.

И раздари по мелочи
Любовь мою запретную,
Меняй на сны и девочек
Всю похоть безответную.

Когда с тобой расплатятся,
Купи билет до искренней,
И я смогу не тратиться,
Все сказки сделав истиной.

31 января 2007

02:52 

На мне не ставятся кресты,
Передо мной не жгут мосты,
А от меня не ждут чудес
И гор из злата до небес.

С меня не требуют любви,
Жертв, утопающих в крови,
И красоты, и нежных слов,
И разрушенья тех мостов.

Передо мной нет ста преград,
Железных кованых оград,
Глубоких рек, густых лесов
И чьих-то грубых голосов.

Меня не заключают в плен,
Включая плен людских систем.
Нет лжи и зла - я в этом весь:
Не знаю, что у меня есть.

24 января 2007

02:51 

Я спал в лесу, и средь берез
Мне невозможное приснилось.
Во сне лисой обедал дрозд,
А первая любовь забылась.

21 января 2007

02:50 

Расскажи, что ты любишь, душа,
И мне легче от этого станет.
Я судьбе все еще ставлю шах,
Не поняв победивших желаний.

Объясните мне кто-нибудь, где
Меня прячут мои же страданья.
Помню я лишь одно: как в воде
Их топили лихие признанья.

Значит я не могу проиграть,
Если правдой напичканы крики.
Да и смысла победы не знать
Моему сердцу кажется диким.

И за вечностью старых границ
Мне откроют родные признанья.
И окажется, что в песнях птиц
Я, как Кали, ищу состраданья.

18 января 2007

02:49 

Глотаю таблетки и книжки в обложках
Бумажных, а жизнь все идет понарошку.

3 января 2007

02:48 

Он приходит незаметно
И уходит навсегда.
Голос тихий, перстень медный,
Ожерелье - провода.

Он никто и 'кем' не станет,
Даже если был рожден.
Он придет и в текст мой встрянет:
"До рассвета доживем.".

Доживем ли до рассвета..
Сколько жизней впереди..
И когда наступит лето..
Ты ответь, не уходи.

Попрошу - и станет ближе
И на миг, и навсегда.
Ты ответь, но только тише.
Ожерелье. Провода.

26 декабря 2006

02:47 

Ополосни
В моей любви свои ресницы.
Прости, пойми,
Я не могу остановиться.

26 декабря 2006

02:47 

Я не скрываюсь в лесах и пролесках,
Дайте мне лезвие, дайте мне леску.
Черные дни все бесцветны по сути,
Вы не забудьте меня, не забудьте.

Четные даты я вырву из тени,
Красным отмечу в порыве забвенья.
Я все слова выражаю мотивом,
Все негативное – всем позитивным.

Главное – мысли и старые судьбы.
Вы меня слышите? Нет, вы же люди.
Я и не жду от любимых спасенья,
Если начну – прогоню наважденье.

Главное – знаете? – звуки затишья,
Это не все, но не кажется лишним.
Я на войне, вы меня не забудьте,
Белые дни все бесцветны по сути.

20 декабря 2006

02:46 

Сделай меня бесприданницей.
Отражаясь в блеске страниц,
Я не замечу разницы,
Как часто не вижу лиц.

Если не быть твоей мне,
Пусть не возьмет ни один.
Я стану старым творением
В музее чужих картин.

Что же купить тебе, вечная..
Хочешь, последний ребенка крик
Я за остатки беспечности
Вымолю у его матери..

Хочешь, моей красотой заплачено
Будет за смену ночи на день..
Я такой страстью к тебе охвачена,
Что мне до ломбарда дойти не лень.

Кольца сниму, сны из волос выпутать
Скупщик поможет, сложит в сундук.
Уже на днях кто-то все это выкупит,
Или двое, вырывая друг у друга из рук.

На что же потратить ум свой гения..
Захочешь – все платья тебе куплю.
Одно из них – голос прощанья осеннего,
В котором не сказано, как я люблю.

Я вчера только силу ритма несбитого
Променяла на пару небесных картин.
Ты их повесишь туда, где разбитая
Душа моя мечтала висеть до седин.

Что ты, любимый.. Не взял ведь девочку,
Не обернул бесконечно белым.
Сделай меня бесприданницей, мелочью
Тихо звенящей, напуганной стервой.

5 декабря 2006

02:41 

- Чего ты ждешь от жизни?
- Счастья.
- И ты его дождешься.
- Да. Но только я вся в твоей власти.
- Это на время.
- Навсегда.
- Не убеждай себя.
- Не буду. Меня не нужно убеждать.
- Что на губах твоих
- Простуда.
- А что еще?
- Уменье ждать.
- Я не приду к тебе.
- Я знаю, что ты себе умеешь лгать.
- Я не люблю тебя, родная.
- Тогда придется воевать.
- Мою любовь не отвоюешь.
- Я буду счастлива..
- Всегда.
- А ты со мною рядом будешь.
- Нет, я не буду никогда.

- На этом диалог окончен?, -
Спросил меня один мудрец.
- Да, но, порвав весь мир на клочья,
Она пошла с ним под венец.

24 ноября 2006

02:38 

Избавляясь от первой мелочи,
А тебя - от своих мелодий,
Я, вставая в последний перечень,
Становлюсь ни на что не годен.

21 ноября 2006

02:37 

Убей себя, сожги леса
Кострами правильных начал.
Ты слово "правильно" зачал
В себе и бросил в небеса.

Приди ко мне и без меня
Люби меня, как в первый раз,
И так, как небо любит нас,
Не заставляя изменять.

Сорви с себя пустой мотив,
Меняющий твои слова.
От счастья кругом голова,
Но я пишу не в позитив.

Развей с расправленных страниц
Весь пепел сожженных лесов,
Ты слышишь эхо голосов?
Не лги, ведь это крики птиц.

12 ноября 2006

02:37 

Меня, блять, так предали, дальше нельзя,
И глубже уже не совсем выносимо.
Мы были вдвоем от рогов до хвоста,
А стали фрагментами странной картины.

Затерли до дыр развеселый пиджак,
Кого-то любили, как в детстве игрушки.
А после ушли, на все кнопки нажав,
И стали вести себя, словно подружки.

Да к черту истерики, будем мечтать
О чем-то несбыточном в этой метели.
Мне просто тебя к себе нужно прижать
И на день остаться на нашей постели.

12 ноября 2006

02:34 

Убей себя. Я стану последним цветом, ставней без скрипа, которая открывается в залитый весенним светом двор. "В с я ж и з н ь" - читаю я по буквам. На железном тросе, внутри светящегося шара, под слоем красного песка. Равномерно прикасаться кулаком к стеклу. Полсекунды-полсекунды-полсекунды. Скучное повествование меня мной - той, которой не бывает скучно.
Руки в зеленом, старые метки о главных победах. Больше не играю, хоть что-то меняется, но этому я не рада. Убей себя. Это будет навязчивое превращение. Красивые тонкие нити прокатываются от подоконника к подоконнику.
Я хочу быть твоей. Я твоя. Значит счастье исполнено.

21 октября 2006

Атриум Кохагед

главная